richteur (richteur) wrote,
richteur
richteur

Categories:

Великий утешитель, 1933



Есть американский писатель О.Генри, его несправедливо обвинили в воровстве денег из банка и упекли в кутузку на много лет. А в застенках он начал писать чудесные рассказы со смешным или грустным концом, которые так сильно полюбились простым американцам, что О.Генри досрочно выпустили на свободу. Его даже прозвали «великим утешителем»: за то, что писатель дарил людям надежду, наделял их желанием жить в невыносимых условиях железной пяты капитализма, придавившей скопом весь американский народ...



Этот сюжет решил использовать в своем творчестве великий русский режиссер Лев Кулешов, гражданин Советского Союза - оплота свободы и отваги. Сюжет показался ему остроумным и злободневным: как известно, в буржуазных странах человек эксплуатирует человека, а в социалистических странах — наоборот. В то время в СССР для простого трудящегося была не жизнь, а малина; ведь добровольно объединившиеся в колхозы крестьяне наслаждались небывалым уровнем жизни и выдавали на-гора баснословные урожаи (из великого гуманизма отправляемые за рубеж почти даром — в обмен на смехотворные валютные «фантики»), а уж советские рабочие были настолько счастливыми, что пролетарии из капиталистических стран в очередь выстраивались миллионами: лишь бы получить место разметчика на каком-нибудь Усть-Катавском вагоностроительном заводе имени Кагановича.

В Америке же «великий утешитель» Биль Портер (настоящее имя О.Генри) сидит за решёткой; рядом с ним мучается совершенно невиновный Джемс Валентайн, огульно обвинённый во взломах сейфов — но и «на свободе» жить не сильно лучше: 36-летняя девушка Дульси пашет что ломовая лошадь за копейки, коих хватает лишь на нищенское существование — а рядом трётся демон-искуситель, циничный bounty hunter Бен Прайс, соблазнительно шуршащий долларами и настойчиво зовущий героиню в нумера...



Сразу скажу, я ожидал худшего — как в техническом плане, так и в идейном. Но за исключением архаичного монтажа и специфической озвучки, фильм сделан вполне доступно для нынешнего зрителя: глаз не режет. На самом деле, я бы даже к звуку придираться бы не стал, потому что люди тогда, вроде, действительно так говорили: «великЫй утешитель», «настояШЧий кавалэр», «нароШно», а вместо твёрдого знака давились апострофом... Надо понимать, что в СССР только-только произошёл исторический переход от тотального засилья немого кино («Утешитель», кстати, «полунемой»: где-то треть картины проходит в стандартном фортепьянном сопровождении, с текстовыми диалогами, всплывающими в отдельных кадрах — и по качеству этот эпизод на порядок лучше «озвученных») — к звуковому, и реальные голоса актёров, доносящиеся с экрана сами по себе казались неизъяснимым чудом, поэтому никто не прислушивался к их странноватым аффектированым интонациям. Из актёров же показался совершенно чудесным Иван Хрисанфович Новосельцев, просто стопроцентное попадание в образ американца 100-летней давности (у него даже внешность вполне «голливудская») - впрочем, он, как и положено, скончался в возрасте 36 лет «при невыясненных обстоятельствах». Могилы тоже не сохранилось: ну а что вы хотите, это же Советский Союз, сокращенно — СС.



Вполне внимательно также реконструирован американский антураж: настолько внимательно и любовно, что, пожалуй, к этому могли бы даже придраться выходцы из «внутренних органов»: откуда это у вас такие познания об Америке, товарищ режиссер? Может, вы сотрудник заграничных контрразведок, венгерской и английской, а также агент ФБР САСШ? Даже ошибочная, на первый взгляд, вывеска магазина «SHOPPE» - не плод небрежности: я видел старинные фотографии с Дикого Запада, на которых именно так и писали. А еще тут есть всамделишный негр, не «блэкфейс» какой-нибудь, причем в титрах он, с горделивой скромностью так и обозначен: НЕГР. Мне кажется, это очень мило.



Та же история с пропагандистской начинкой. Принято считать 1930-е годы каким-то беспросветно мрачным временем, но реально всё гораздо сложнее. Большевики в это десятилетие то осторожными шажками придвигались к тоталитаризму, то опасливо от него пятились, постоянно сталкиваясь с сопротивлением всех слоёв общества, так что короткие «заморозки» перемежались столь же локальными «оттепелями». И картина, судя по всему, снята во временной отрезок «относительно вегетарианского» свойства. Заслуживает внимания, что премьера картины состоялась 17 ноября 1933 года — а днём раньше наконец-то состоялось официальное признание Вашингтоном Советского Союза (Америка смирилась с существованием СССР последней из великих держав). Совпадение? Ну, думаю, да...

Но всё же современные США коммунистические агитаторы показывать остереглись (хотя, реалии страны, в которой бушевала Великая депрессия, являли отличную почву для спекуляций). Нам, конечно, показывают картинки из жизни «ужасной Америки», где третируют негров, обманывают простой люд, и дёшево покупают творцов — но «Америка» эта откровенно лубочная, в ней нет ничего специфически американского. В принципе, действие могло бы разворачиваться в любой буржазной стране, а если подумать — то и в Советском Союзе (госкапиталистической диктатуре по образцу Мексики или гоминдановского Китая, где позиции выбитых богачей и аристократов заняли вчерашние революционеры, превратившиеся в куда более жутких угнетателей, чем представители Старого режима).



Да и, честно скажем, впечатление от США за пределами тюремной камеры складывается вполне положительное. Например, там мужчина, приехавший в незнакомый городок с одним саквояжем, может без проблем получить кредит и наладить выгодный бизнес. И вообще, это симпатичная и дружелюбная страна — не без недостатков, но уж кому-кому, а не советским упрекать в этом американцев (а то американец быстро «отзеркалит», типа: «А у вас зато за три колоска в концлагерь сажают»!). Вот Лев Кулешов и не обвиняет — вернее, делает это как бы из-под палки, ровно в тех объемах, что требовал от него азиатский комиссар, не больше, и не меньше.



Поэтому, «Великий утешитель» вовсе не выглядит пропагандистским произведением; это и не фильм о превратностях тюремной жизни, и не авантюрная драма, и, уж конечно, не романтическая трагедия — хотя элементы названных жанров тут, безусловно, содержатся. Я воспринял картину как печальное размышление о взаимоотношениях талантливого творца — и преступного государства, которое, с помощью кнута и пряника, может заставить любого плясать под свою дудку. По мысли Льва Кулешова, единственный путь к физическому выживанию и спасению от распада личности — это демонстративное сотрудничество с режимом, при максимальном реальном абстрагировании от навязываемых им «ценностей». В принципе, это очень простая, но очень действенная схема, которую каждый сможет освоить, прочитав брошюру «Если вас взяли в заложники»: сохраняйте спокойствие, настройтесь на долгое ожидание, не раздражайте террористов, не набивайтесь им в друзья, и, главное, всеми силами избегайте поддаться «стокгольмскому синдрому». Кулешов, конечно, не дожил до освобождения — но прожил долгую, насыщенную, и сравнительно комфортную жизнь, причем, что важно — умер честным и незамаранным человеком. Не удивлюсь, если силы для этого ему придавало кредо, выработанное в процессе производства «Великого утешителя».



Фильм просмотрен в рамках кинорулетки "Советское кино 1920-1930-х годов"
Tags: кино СССР, кинорулетка
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments